Приветствую Вас Гость!
Понедельник, 20.09.2021, 13:39
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск

Календарь

Архив записей

Главная » 2013 » Октябрь » 31 » Доклад епископа ИРИНАРХА на тему:"Взаимодействие Церкви и государственной системы исполнения наказаний"
22:27
Доклад епископа ИРИНАРХА на тему:"Взаимодействие Церкви и государственной системы исполнения наказаний"

МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

ДОКЛАД

ЕПИСКОПА КРАСНОГОРСКОГО ИРИНАРХА

ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СИНОДАЛЬНОГО ОТДЕЛА МОСКОВСКОГО ПАТРИАРХАТА

ПО ТЮРЕМНОМУ СЛУЖЕНИЮ

на тему:

«ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЦЕРКВИ И

ГОСУДАРСТВЕННОЙ СИСТЕМЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ»

(16 октября 2013 года, Академия права и управления ФСИН России)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Миссия тюремного служения в исправительных учреждениях основана на словах Христа: «В темнице был, и вы пришли ко Мне» (Мф. 25, 36), –  и направлена на обеспечение условий для полноценной духовной жизни и облегчение участи лиц, заключенных под стражу.

В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» говорится, что «православные священнослужители и миряне призваны участвовать и в преодолении социальных причин преступности, заботясь о справедливом устроении государства и экономики, о профессиональной и жизненной реализации каждого члена общества». Областями сотрудничества Церкви и государства являются, среди прочих, развитие совместных социальных программ и попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы. Церковь призвана принимать участие в устроении человеческой жизни во всех областях, где это возможно, и объединять соответствующие усилия с представителями светской власти.

Поэтому традиционная задача Церкви – содействовать приобщению человека в условиях лишения свободы к христианским духовно-нравственным ценностям и, возрождая в его душе религиозность, помогать осужденному, волей судьбы оказавшемуся в заключении, преодолевать в себе склонность ко греху и совершению преступлений, а после выхода на свободу находить в себе духовные и нравственные силы для восстановления утраченных социальных связей. Это созвучно с задачами, стоящими перед современным обществом, которое озабочено, с одной стороны, ограждением законопослушных граждан от преступников, а с другой стороны – обеспечением возврата правонарушителей в общество без ущерба для окружающих лиц.

В минимальных стандартных правилах обращения с заключёнными, принятых в 1955 году на первом Конгрессе Организации Объединённых Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, указывается: целью и оправданием приговора к лишению свободы является, в конечном счёте, защита общества и предотвращение угрожающих обществу преступлений. Этой цели можно добиться только в том случае, если по отбытии срока заключения и по возвращении к нормальной жизни в обществе правонарушитель оказывается способным подчиняться законодательству и обеспечивать своё существование.

Реформа уголовно-исполнительной системы (УИС), проводимая в духе новой редакции европейских тюремных правил, заключается в переходе системы исполнения наказаний от задач «исправления» к задачам «сохранения и развития личности» заключенных[1].  В этой связи оказание осужденным помощи в социальной адаптации является приоритетной задачей и государственной системы исполнения наказаний как исторически сложившегося правоохранительного института учреждений, осуществляющих исполнение наказаний, налагаемых в соответствии с законами государства на лиц, совершивших преступные деяния[2].

12 марта 2013 года на  заседании Священного Синода (журнал № 27) был принят  общецерковный документ «Миссия тюремного служения Русской Православной Церкви и пенитенциарные учреждения», содержащий в себе изложение структурных основ, направления и принципов тюремного служения, рекомендованный «в качестве руководственного в деятельности канонических подразделений Русской Православной Церкви, имеющих среди своих задач взаимодействие с пенитенциарными учреждениями, а также священнослужителей, окормляющих эти учреждения». В этой связи, и прежде всего, следует сказать несколько слов об основных принципах и направлениях тюремного служения, лежащих в основе взаимодействия Церкви и уголовно-исполнительной системы. 

1. Основные принципы и направления взаимодействия.

Взаимодействие Русской Православной Церкви и государственной системы исполнения наказаний определяется структурной организацией любой совместной деятельности, непротиворечивостью положений и согласованностью действий различных структур при выполнении общей задачи. В этом смысле можно утверждать, что основные принципы взаимодействия Церкви и УИС формируются на следующих духовно-нравственных базисах:

взаимодействие Церкви и УИС направлено на удовлетворение духовных потребностей и создание условий для полноценной духовной жизни лиц, осужденных к лишению свободы, и лиц, заключенных под стражу[3];

взаимодействие Церкви направлено на оказание содействия администрации учреждений УИС в восстановлении социально полезных связей (ресоциализации) осужденных к лишению свободы, их подготовки к освобождению[4].

духовно-пастырское попечение Церкви обращено ко всем участникам уголовно-исполнительного процесса: содержащимся в местах лишения (ограничения) свободы задержанным, арестованным, подследственным, осужденным; лицам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации в связи с уголовным преследованием и условным осуждением; членам семей и детям лиц, заключенных под стражу; сотрудникам мест принудительного содержания и членам их семей; курсантам образовательных учреждений уголовно-исполнительной системы; ветеранам органов УИС[5]. Церковь, объединяющая в себе всех верующих в единый богочеловеческий организм независимо от их общественного положения, физического состояния, пола или возраста, не может быть «Церковью только для заключенных».

тюремное служение Церкви «направлено не только на облегчение тяжелой участи заключенных, но и на помощь в нравственном исцелении искалеченных душ. Их боль является болью всей Матери-Церкви, которая радуется радостью небесной и «об одном грешнике кающемся» (Лк. 15. 10)»[6].

Основные направления взаимодействия Церкви и государственной  системы исполнения наказаний, формирующиеся на постсоветском пространстве при поддержке руководства в центре и на местах, можно изложить в следующем порядке:

– обеспечение духовно-нравственной и просветительской деятельности;

– обеспечение богослужебной деятельности и пастырского душепопечения;

– создание института тюремных капелланов на постоянной основе;

– создание системы специального образования для тюремных капелланов;

– обеспечение диаконического служения среди заключенных в местах принудительного содержания – реабилитации (социальной адаптации);

– взаимодействие Церкви и УИС в нормативно-правовой защите достоинства и прав человека в местах лишения (ограничения) свободы;

– взаимодействие Церкви с государственными органами юстиции и юриспруденцией по вопросам пробации;

– взаимодействие Церкви и государственной системы исполнения наказаний по вопросам профилактики преступности.

2. Духовно-нравственное просвещение.

Структура сообщества лиц, содержащихся в местах лишения (ограничения) свободы, является слепком со всего остального социума и имеет сходные характеристики. При этом отличительной чертой криминальных отношений является максимальная наполненность атмосферой зла и греховности. Именно эти искаженные понятия добра и зла в условиях лишения свободы насаждают принципы поведения, которые каждому осуждённому приходится соблюдать из-за опасности противопоставить себя преступно-криминальной среде.

Церковь, благовествуя Христа «Светом истинным, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир» (Ин. 1, 9), взирает на просвещение в духе евангельского учения, которое неразрывно связано с исполнением заповедей о любви к Богу и ближнему. Преступность является прямым отступлением от норм нравственного закона и связана с охлаждением этой любви, о чем говорит и Христос в Евангелии: «по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф. 24, 12). Забвение духовно-нравственных основ, соединенное с утратой веры, низводит просвещение до уровня овладения прикладными знаниями и умениями безотносительно к нравственному состоянию человека и современного общества в целом. И наоборот, возрождение религиозной жизни и присутствие Церкви в обществе, в том числе и в государственной системе исполнения наказаний, восполняет этот недостаток просвещения.

В то же время в процессе духовно-нравственного возрождения изменяется сам человек, который начинает осознавать, что в мире могут быть иные смыслы существования. В условиях определенного «информационного голода» в местах лишения свободы значительно повышается жажда восприятия живого человеческого слова, которое, с нравственной точки зрения, должно быть  согласно со «словом Божиим».

Создание условий для духовно-нравственного просвещения включает в себя самообразование и дистанционное обучение, использование кабельного телевидения и локального радиовещания, проведение праздничных мероприятий духовного содержания, преподавание в общеобразовательных школах учреждений «Основ религиозной культуры и светской этики», организацию катехизаторских курсов, воскресных школ и библиотек духовной литературы.

Соответствующие мероприятия по духовному просвещению требуется организовывать для сотрудников мест принудительного содержания и курсантов учебных заведений УИС. Формирование развитого правосознания, тактичного отношения к осужденным, недопущение пренебрежения нормами служебной и поведенческой этики является необходимым условием реформирования УИС в духе международных требований.

3. Богослужебная деятельность и пастырское душепопечение.

Основополагающим положением тюремного служения является организация религиозных общин и оборудование храмов и молитвенных помещений для совершения богослужений при соблюдении режимных стандартов в пенитенциарных учреждениях, что невозможно осуществить без наличия доброй воли к совместным действиям с обеих сторон.

В соответствии с духом законодательства о свободе вероисповедания на постсоветском пространстве практически в каждом учреждении, исполняющем наказания, созданы храмы либо молитвенные комнаты, однако потребности в строительстве тюремных храмов пока еще сохраняются.

«Действенным в преодолении преступности призвано быть пастырское служение Церкви, особенно в Таинстве Покаяния. Любому, кто кается в совершенном правонарушении, в качестве непременного условия разрешения от греха священник должен решительно предложить отказаться пред Лицом Божиим от продолжения преступной деятельности. Только таким образом человек будет побужден оставить путь беззакония и вернуться к добродетельной жизни»[7].

Ждут своего решения проблемы духовно-пастырского окормления религиозных сотрудников УИС и членов их семей, а также ветеранов уголовно-исполнительной системы.

29 мая 2013 года на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви (Журнал № 60) утверждено «Положение о канонических подразделениях Русской Православной Церкви, функционирующих на территории учреждений уголовно-исполнительной системы». Этот  внутрицерковный документ решает вопросы церковно-канонического обустройства и учреждения религиозных общин в местах принудительного содержания, их статус среди канонических подразделений Русской Православной Церкви. Однако он не решает вопросов определения правового положения тюремных храмовых сооружений, функционирующих в учреждениях УИС.

Дело в том, что храмы и молитвенные комнаты в зданиях, находящихся в оперативном управлении администрации учреждений и предоставляемых представителям епархиального клира для проведения богослужений, действуют на протяжении двух десятилетий в учреждениях УИС. Данная практика не вызывала возражений ни со стороны администрации подразделений ФСИН России, ни со стороны епархиальных архиереев. Вместе с тем требуется принятие решений на правительственном уровне для правовой легализации этих взаимоотношений.

В России на начало 2013 года в юрисдикции Русской Православной Церкви в 1020 исправительных учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний функционируют 517 тюремных храмов и 453 молитвенных  помещения, в которых осуществляют духовно-пастырское окормление заключенных 954 священнослужителя. В стадии строительства пребывали 37 храмовых зданий, однако для того, чтобы полностью удовлетворить потребность заключенных, в России требуется строительство еще около 500 храмов на режимных территориях учреждений УИС.

В Украине в 181 учреждении криминально-исполнительной системы действуют 76 храмов и 36 часовен, одновременно ведется строительство еще 20 православных молитвенных сооружений.

В Республике Беларусь имеется 37 исправительных учреждений закрытого типа, в которых сооружено 20 храмов и 17 молитвенных комнат. Исправительные учреждения окормляют более 90 священнослужителей.

В Молдавии в каждом из 17 исправительных учреждений Республики Молдова находятся 17 храмов или часовен – во всех совершаются Литургии для заключенных, пастырское окормление которых на постоянной основе осуществляют 22 клирика Православной Церкви Молдовы.

Сегодня тюремные храмы, как правило, строятся на режимных территориях, возбуждая, образно говоря, определенную «зависть» живущих на свободе, поскольку заключенные за колючей проволокой имеют возможность посещать богослужения в тюремном храме и участвовать в Таинствах Церкви, а на свободе жители поселения, а также сотрудники учреждений УИС и члены их семей таковой возможности не имеют. Тем более что зачастую периферические учреждения УИС являются градо-поселкообразующими.

Рекомендуемым вариантом могло бы стать возведение храмов – епархиальных подворий тюремного служения вне режимной территории учреждения УИС, когда храм доступен не только для заключенных, но и населения, проживающего рядом с колонией. А на самой режимной территории учреждения в данном случае целесообразно создавать часовни или молитвенные комнаты, в которых возможно параллельное совершение богослужений непосредственно для заключенных.

Примеры такого строительства тюремных храмов вне режимной территории колонии-поселения уже имеются в некоторых епархиях и благополучно обеспечивают духовно-пастырское окормление не только заключенных, но и проживающих вокруг в «шаговой доступности» жителей, включая сотрудников УИС и членов их семей.

Положительной оценки заслуживает практика оборудования молитвенных помещений при государственных учреждениях в ряде стран на пост советском пространстве, в которых совершаются богослужения для сотрудников, благотворно воздействующие на единение коллектива и восстановление духовно-нравственного равновесия работника, имеющего возможность обратиться к Богу и поразмыслить о своей душе в часы коротких перерывов.

Сооружение православных тюремных храмов – это первооснова трудов тюремного служения. Когда имеется храм как место евхаристического общения верующих, при нем с необходимостью появляются священнослужители и их ближайшие помощники – верующие миряне, которые облегчают духовенству крестоношение тюремного служения. Совершать богослужения и церковные Таинства тюремным пастырям без помощи последних приходится почти что в экстремальных условиях. Молитвенные комнаты, открываемые в учреждених УИС – это всего лишь временные помещения и «предтечи» будущих тюремных храмов. 

4. Институт тюремных капелланов.

Создание института тюремных священнослужителей на постоянной основе в качестве помощников руководителей учреждений УИС по работе с верующими давно находится в поле зрения Священноначалия Церкви и требует определения канонического и правового положения, а также механизмов и источников финансирования тюремных священнослужителей.

В Определении Архиерейского Собора «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви» от 4 февраля 2011 года  (п. №42)  отмечается следующее: «констатируя неизменно высокий уровень внимания, уделяемого епархиальными архиереями духовному окормлению заключенных, члены Архиерейского Собора призывают светские власти тех государств, где эта деятельность не получила ясного правового оформления, предпринять шаги по исправлению ситуации … Заслуживает положительной оценки инициированный Федеральной службой исполнения наказаний России проект по включению священнослужителей в работу исправительных учреждений на штатной основе».

Согласно же Постановлению следующего Архиерейского Собора Русской Православной Церкви (п. №39), имевшего место два года спустя в 2013 году, сказано: «…не следует оставлять без внимания преодоление ряда юридических и практических сложностей, возникающих в этой области, в частности, в вопросе введения института тюремного духовенства на постоянной основе…».

Сотрудничество Церкви с пенитенциарными учреждениями должно развиваться в более широком масштабе, а священнослужители должны представлять собой полноправный институт тюремных священнослужителей и, будучи освобожденными от несения пастырского послушания на других приходах, на постоянной основе совершать свое служение в тюрьмах и иных учреждениях УИС.

На Западе среди протестантских Церквей это направление деятельности именуется институтом тюремных капелланов, который состоит не только из священнослужителей, но и из мирян. Для православного самосознания затруднительно представить тюремного капеллана не священнослужителем, а мирянином-волонтером.

В то же время ежедневное пребывание священнослужителей в учреждениях УИС сдерживается отсутствием доходности тюремных храмов, расположенных на принадлежащей государственному учреждению территории, обремененной особым режимным статусом, препятствующим установлению какого-либо сервитута. В то же время деятельность Церкви зиждется на добровольных пожертвованиях прихожан, поэтому у духовенства, несущего тюремное послушание, имеется необходимость параллельно исполнять обязанности пастырского служения также и по месту основного служения, где от прихода им выплачивается жалование.

Введение должностей штатных священнослужителей по принципам, определенным для Российской армии, вызывают некоторые сомнения у правящих архиереев из морально-этических соображений в связи с наличием определенной ролевой конфронтации администрации учреждений и содержащегося под стражей контингента. Вместе с тем других источников дохода для Церкви не имеется.

Требуется совместное решение вопросов финансирования заработной платы тюремных священнослужителей.

С весны 2010 года Федеральная служба исполнения наказания Российской Федерации (Далее – ФСИН России) запустила «пилотный» проект по включению священнослужителей в деятельность исправительных учреждений на штатной основе, реализация которого началась в 16 исправительных учреждениях: УФСИН России по Республике Мордовия (4), Камчатскому краю (3), Вологодской (5) и Саратовской (4) областях.

Этот «пилотный» проект был приведен в действие в указанных регионах силами и средствами уголовно-исполнительной системы (УИС) с участием духовенства, несущего по благословению правящих архиереев священнослужение в местах лишения (ограничения) свободы. Данный проект воссоздания института тюремного духовенства открыл новую страницу во взаимодействии Русской Православной Церкви и ФСИН России.

Данная мера способствовала бы активизации деятельности по возвращению в общество законопослушных граждан и стимулировала оздоровление моральной обстановки в учреждениях, исполняющих наказания. В этом ключе и проводимый по инициативе ФСИН России эксперимент по созданию института тюремных капелланов был бы ориентирован в соответствии с Постановлениями Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви 2011 и 2013 годов об учреждении института тюремного духовенства и включении священнослужителей в работу учреждений УИС на постоянной основе.



[1] Ст. 3 УИК РФ в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации устанавливает, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

[2] В Российской Федерации в ведении Федеральной службы исполнения наказаний России находятся учреждения уголовно-исполнительной системы: СИЗО (следственные изоляторы), исправительные колонии, колонии-поселения, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения, а также уголовно-исполнительные инспекции, контролирующие отбывание уголовных наказаний, не связанных с лишением свободы.

Аналогичные учреждения имеются в системах исполнения наказаний Украины, Беларуси, Молдовы, других стран СНГ, стран Балтии, в пределах которых функционируют канонические подразделения Русской Православной Церкви.

В ряде европейских стран функции следственных и коррекционных учреждений чаще совмещены.

[3] Пункт 2.1. «Соглашения о сотрудничестве» между Русской Православной Церковью и ФСИН России от 22 февраля 2011 года.

[4] Пункт 2.2. Цит. соч.

[5] Миссия тюремного служения Русской Православной Церкви и пенитенциарные учреждения. М., 2013.

[6] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Глава IX. Преступность, наказание, исправление. Пункт IX.3).

[7] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Глава IX. Преступность, наказание, исправление. (IX. 4).

1     2     3     4